АНО «Центр междисциплинарных исследований» (ЦМИ)
Russian
| English
"Куда идет мир? Каково будущее науки? Как "объять необъятное", получая образование - высшее, среднее, начальное? Как преодолеть "пропасть двух культур" - естественнонаучной и гуманитарной? Как создать и вырастить научную школу? Какова структура нашего познания? Как управлять риском? Можно ли с единой точки зрения взглянуть на проблемы математики и экономики, физики и психологии, компьютерных наук и географии, техники и философии?"

«Децентрализованные сетевые структуры в научном сообществе, системе образования, гражданском обществе и бизнесе: модель хирамы» 
Александр Олескин, Владимир Курдюмов

Олескин Александр Владимирович — доктор биологических наук, профессор кафедры общей экологии биологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, член Сретенского клуба. 

Курдюмов Владимир Сергеевич — директор Центра междисциплинарных исследований Института экономических стратегий РАН, координатор Сретенского клуба. 

Предлагаемая работа очерчивает перспективы одного из типов децентрализованных сетевых структур – хирамы с частичными творческими лидерами – в приложении к различным сферам российского социума, с особым вниманием к организации нетрадиционных междисциплинарных научных лабораторий, интерактивному образованию, неправительственным политическим движениям гражданского общества и миру бизнеса. Особо подчеркнуто, что роль традиционных иерархических учреждений (в частности, университетов и академических институтов в сфере науки) отнюдь не умаляется распространением альтернативных децентрализованных сетевых структур, ибо эти учреждения отвечают за консолидацию и самоидентификацию национального научного сообщества, защиту интересов науки и ее «жрецов» перед лицом внешних и внутренних вызовов, наконец, экспертизу деятельности самих сетевых структур, когда решается вопрос об их материальной и «идеологической» поддержке.  

В различные исторические периоды человеку не оставляла  вера в возможность построения общественного устройства, в котором человек бы чувствовал себя свободным от жестких авторитарных иерархий и в то же время от безжалостных сил рыночной стихии. Происходящая в наши дни во всем мире перестройка социума в пользу сетевых структур – глобальная сетевая революция – отвечает детской мечте человечества о возможности создания на Земле истинно справедливого и гуманного общественного строя, в котором творческое сотрудничество людей, не боящихся принуждения «власть имущих», будет основным социальным и политическим принципом.

С организационной точки зрения всякая сетевая структура может пониматься в широком или в узком смысле. В широком смысле – сеть есть система из элементов (узлов), соединенных линиями (связями, ребрами). В более узком специфическом смысле сетевая структура – децентрализованная (лишенная единого управляющего звена) структура из элементов, которые кооперируют между собой в реализации какой-либо деятельности. В этом понимании сетевая структура противопоставляется иерархическим структурам (включая бюрократии современного социума), где центральное управляющее звено (лидер, босс, доминант)  имеется. В то же время допущение кооперации между составляющими элементами отграничивает сетевую структуру от (квази)рыночной структуры, в которой элементы не кооперируют, а в основном конкурируют между собой (как торговцы на реальном рынке или базаре).

Сетевые структуры представлены ныне в российском социуме всевозможными децентрализованными организациями, объединенными общими целями и нормами поведения, а также во многих случаях специфическими ритуалами и отличительными признаками участников сетей (форма одежды и др.). Эти цементирующие изнутри сеть факторы можно обозначить как матрикс (матрицу) сети. По сетевым принципам в современном социуме создаются малые и средние коммерческие предприятия и в то же время гигантские транснациональные корпорации, не имеющие центральной «штаб-квартиры», различного рода клубы, благотворительные фонды, художественные артели и даже местные административные органы типа «Республики Сивцев Вражек» в Москве. Принципы сетевой организации могут быть реализованы научно-исследовательскими лабораториями, социальными движениями и политическими организациями; децентрализованные сети (сетевые команды) могут создаваться в учебной аудитории в рамках метода интерактивного обучения студентов или школьников.

Иллюстрация

Что такое хирама. В настоящей статье мы более детально рассмотрим модель сетевых структур, которая во многом создана под влиянием знаний о биосистемах, но имеет свою существенную специфику. Речь идёт о хираме (англ. hirama = High Intensity Research and Management Association). Это – творческая сетевая команда, создаваемая для решения сложной междисциплинарной теоретической или прикладной задачи, например, «Проектирование недорогого робота-уборщика для домохозяек» (см. иллюстрацию). Поставленной перед сетевой структурой задача подразделяется на несколько подпроблем, например:

  • Разработка программного обеспечения для робота
  • Создание инженерного дизайна для него
  • Коммерциализация результатов работы в невысоком ценовом сегменте рынка

Однако подразделение всей задачи на субпроблемы не влечёт за собой деление коллектива на  части. Они параллельно или последовательно работают по нескольким из субпроблем. За каждой субпроблемой закреплён только специализированный частичный творческий лидер, координирующий работу всех участников хирамы по соответствующей теме и протоколирующий их идеи. В помощь этому частичному лидеру могут быть приданы один или несколько экспертов, специалистов по профилю ведомой лидером субпроблемы. Специализированный частичный лидер и помощники-эксперты взаимодействуют с неспециализированными членами сетевой структуры хирамы, которые во многих хирамах численно преобладают.

В хираме имеется также психологический лидер, призванный налаживать отношения между индивидами и группами в коллективе и направлять их в конструктивное русло, смягчать конфликты, способствовать успешной работе по всем субпроблемам. Структура может включать также лидера по внешним связям (внешнего лидера), представляющего данную сетевую структуру в социуме, координирующего контакты с другими организациями и озвучивающего те или иные «наказы», петиции и др. документы, выработанные всем коллективом хирамы. 

Хирама как организационная модель междисциплинарных инновационных научных лабораторий. Можно констатировать, что децентрализованные сетевые структуры, включая хирамы, демонстрируют свои преимущества перед более традиционными научными иерархиями (например, в рамках Академии наук, отдельных научно-исследовательских институтов и др.) в тех случаях, когда рамки данной дисциплины и исследовательского направления еще не устоялись, а практические результаты научных разработок пока не очевидны. Сетевые структуры особенно полезны в ситуациях междисциплинарного, многоаспектного научного поиска.

По шаблону хирамы, с теми или иными вариациями, были построены некоторые междисциплинарные научные группы. Кратко рассмотрим, например, научный центр DNAX (полное название – DNAX Research Institute of Molecular and Cellular Biology), который создан в начале 1980-х годов в Пало-Алто (Калифорния) по инициативе А. Заффарони (компания Syntex) и профессоров Стэнфорда Ч. Яновского, П. Берга и А. Корнберга. С момента основания было решено применять нетрадиционные организационные принципы. Как указано на сайте DNAX, основная цель состоит в создании лекарств, удовлетворяющих пока еще не реализованные потребности пациентов (DNAX, 2014). В DNAX культивируется дух единой команды, кооперативные (а не конкурентные) отношения между индивидами и группами. Этому в большой мере способствует и свободный обмен информацией. Есть (ср. схему хирамы выше) два частичных творческих лидера, отвечающих за молекулярно-биологическое и иммунологическое направление, соответственно, и консультативный совет (advisory board) из 15 биологов — из них 5 Нобелевских лауреатов. Он коллективно напоминает и психологического (в том плане, что всякая консультация есть немного психотерапия), и внешнего лидера (ибо представляет всю сетевую структуру в научном сообществе). Внутри себя 15 советников представляют горизонтальную сетевую структуру (сеть в сети), так что в целом DNAX представляет сетевую организацию второго порядка.

В рамках жизненно важной для нашей страны задачи создания эффективно действующего научного сообщества децентрализованным сетевым структурам могла бы быть отведена немаловажная роль.

Традиционные российские научные учреждения, такие как университеты и институты Российской академии наук, конечно, должны в основном оставаться иерархическими структурами, как и их аналоги во всем мире. Они выполняют немало важных функций: 1) иерархии университетов, колледжей, академических институтов отвечают за сохранение в чистоте и передачу из поколения в поколение наиболее важных фундаментальных характеристик науки соответствующей страны, они создают общенациональный имидж науки и научного сообщества, также как вершина политической иерархии создает преемственный в чреде поколений образ нации; 2) иерархии в науке эффективно обороняют интересы научного сообщества перед лицом внешних и внутренних угроз – от попыток рейдерского захвата учреждений науки до распространения в среде научной молодёжи гибельных для науки настроений неуважения к авторитетам, презрения к самой научной деятельности, если она не сулит немедленной материальной отдачи; 3) по мере развития децентрализованных сетевых структур в научном сообществе, иерархии традиционных научных учреждений приобретают новую весомую экспертную функцию – они призваны решать судьбы многих из подобных сетевых структур.

Однако во многих странах мира важные научные и особенно научно-прикладные (научно-коммерческие) разработки реально осуществляются в более децентрализованных структурах типа, например, научных парков в университетах Оксфорда и Кэмбриджа в Великобритании. В таких структурах в отсутствие жёсткого централизованного контроля существенно возрастает роль объединяющих их участников ценностей и целей ­­— того, что мы обозначили выше как матрикс сетевой структуры. В частности, в матрикс научных парков Оксфорда заложены следующие принципы и отличительные качества членов этих сетевых по организации структур (см. сайт ):

  • Амбициозность, в отношении своих планов и плана парка на будущее
  • Эффективность, что обеспечивает процветание бизнес-среды Парка
  • Дух партнерства  по отношению к тем, кто работает с тобой ради достижения совершенства
  • Профессионализм во всей деятельности
  • Визионерство, способность планировать будущее

В нашей стране примерами децентрализованных сетевых структур являются также многие экологические и природоохранные движения последних десятилетий. В Международном Социально-экологическом союзе (МСоЭС) – «союзе равных, союзе неравнодушных» (см. официальный сайт http://www.seu.ru), такая полностью децентрализованная структура – с огромным удельным весом неформальных связей между людьми, группами организациями –  официально «прописана» в основополагающих документах МСоЭС. И это во многом обусловлено историческими корнями МСоЭС. Он возник на базе Дружин по охране природы, которые на протяжении почти полувека представляли всероссийскую неформальную децентрализованную сеть. Союз, официально утверждённый в декабре 1988 г., не имеет «вертикальной структуры власти. Каждый член МСоЭС действует свободно и независимо в согласии с  Уставом организации».  Несмотря на наличие в структуре МСоЭС Совета со-председателей и головного офиса, эти органы «не руководят членами объединения, а всемерно помогают им делать то, что члены объединения считают нужным и важным». Их «главная задача… — обеспечить максимально полное информирование членов объединения» (http://www.seu.ru).

Какие конкретно задачи могли бы решать структуры типа хирам в рамках российской науки? Кто может спонсировать их развитие?

Отвлечемся от применений хирам к научным разработкам и остановимся на системе бизнес-инкубаторов. Эта система позволяет обеспечивать только что созданным бизнес-предприятиям благоприятную среду для развития: на несколько лет они получают на очень выгодных условиях инфраструктуру, программное обеспечение, телекоммуникации, клиентскую службу, банковксие услуги и др., а также долгосрочные кредиты и иногда безвозмездную грантовую поддержку.  Проходит срок инкубации, и более зрелые фирмы переходят на режим самоокупаемости (или объявляют себя банкротами); более того, их часто обязуют поддерживать те самые структуры, которые создали бизнес-инкубатор.

Краткое описание бизнес-инкубаторов поможет нам очертить потенциальный вклад децентрализованных сетевых структур типа хирам в отечественную науку. Иерархические структуры академических учреждений и университетов не подвергаются изменениям и даже приобретают новые важные экспертные функции (см. ниже), но на них «наслаиваются» творческие междисциплинарные, коммерчески-ориентированные сетевые команды типа хирам. Дополнив штат частичных лидеров хирам (см. выше) также коммерческим лидером и бухгалтером, можно поставить юные сетевые структуры «на довольствие» инкубаторов, создаваемых под эгидой тех, кто заинтересован в интеллектуальной продукции хирам. Это могут быть университеты и академические институты (тогда они выступают в функции экспертов при выборе хирам для спонсирования), крупные компании, правительственные учреждения и др.

Дальнейшая судьба «взрослеющих» хирам может быть различной.  Хирамы коммерческой   направленности логично перевести с инкубаторского режима на самоокупаемость. Однако столь же логично неопределённо долго оставлять на режиме дотаций/кредитования те хирамы, которые по мнению экспертов научных учреждений дают научно ценную, хотя и не коммерциализируемую продукцию.

Возникает вопрос, как могут организовать свою работу такие решающие судьбу хирам эксперты в научных учреждениях?  Далеко не всегда можно удовлетворяться мнением экспертов-одиночек. Несколько экспертов при общении между собой могут выработать более сбалансированную позицию или, что также немаловажно, даже без прихода к консенсусу знать о существовании друг друга, об альтернативных оценках того или иного проекта. Причём, ничто так не затруднило бы работу экспертов в контакте между собой как наличие иерархических взаимоотношений (доминирования-подчинения) между ними.  Одна из возможностей – создать децентрализованную экспертную сетевую структуру.  В подобной сети, созданной из сотрудников научного учреждения, могут быть частичные лидеры по направлениям, но сетевая структура может включать также членов, не лидирующих ни в одном  направлений, и всё же компетентных в достаточной мере во всех этих направлениях.  Воображаемый пример: экспертная сеть оценивает проекты хирам-заявителей по биотехнологии (где сама междисциплинарная проблематика способствует именно децентрализованной сетевой организации). При этом частичные творческие лидеры экспертной хирамы могут специализироваться по разным критериям оценки проектов, например: 1) научная новизна; 2) коммерческая реализуемость; 3) практическая ценность биотехнологического проекта.

Принципы хирамы в применении к сети экспертов, очевидно, могут работать в той мере, в которой компетенции частичных творческих лидеров перекрываются. Так, частичный творческий лидер по научной новизне в экспертной хираме должен быть в достаточной мере сведущим и в вопросах коммерческой реализуемости оцениваемых проектов и, наоборот, лидер по оценке коммерческой реализуемости должен обладать компетентностью в вопросах научной новизны. И этого недостаточно: для успеха работы децентрализованной сетевой команды  по сценарию хирамы важно, чтобы не являющиеся творческими лидерами члены сети могли работать как генералисты: поставлять идеи и соображения для помощи всем частичным лидерам.

При соблюдении указанных условий судьбу хирам как научных или научно-коммерческих творческих лабораторий – в плане их поддержки на этапе инкубации и в дальнейшем – могут решать другие хирамы как сетевые структуры экспертов.

Необходимо подчеркнуть, что хирама как главная «героиня» данной работы всё же не представляет собой единственный возможный сценарий организации децентрализованных сетевых структур, в том числе и в междисциплинарных творческих исследовательских лабораториях. В предшествующих работах, в том числе и опубликованных в «Экономических стратегиях» (Олескин и др., 2017) было отмечено, что имеется не менее семи опирающихся на биологические аналогии вариантов (парадигм) сетевой организации, в том числе клеточная (микробная), модульная (кишечнополостная), эквипотенциальная (рыбная), эусоциальная (муравьиная), нейронная (мозговая), ризомная (грибная), эгалитарная (шимпанзиная) парадигмы. Построенные на базе этих парадигм или их модификаций и комбинаций сетевые структуры могут дополнять собой хирамы или даже выступать как более целесообразные альтернативы для них.

Например, немаловажные перспективы открыты перед структурами, совмещающими в себе децентрализованный сетевой и иерархический принцип организации.  Таковы, в частности, эусоциальные структуры, имитирующие (естественно, в разумных пределах) организацию социумов общественных насекомых, особенно муравьёв. В создаваемых муравьями структурах есть «рабочие команды» (кланы), возглавляемые ситуационными лидерами и выполняющие задачи типа рытья почвы или сбора выделений тлей. Однако лидеры кланов выступают как частичные лидеры в рамках децентрализованной структуры более высокого порядка (колонны, плеяды, см. Захаров, 2005). Аналогичные иерархические команды формируются в некоторых научных парках, где ставится задача «довести» исследования до коммерческого внедрения (здесь плавный переход от собственно науки к бизнесу, к которому мы вернёмся в соответствующем подразделе). Напоминая группы рабочих муравьёв разных «специализаций» (няньки, фуражиры, разведчики и др.), в состав такой научно-коммерческой структуры входят специалисты по (1) фундаментальным исследованиям, (2) их применению в индустриальных проектах и (3) сбыту продукции, соответственно.  Люди каждой специализации объединены в малые (5-8 человек) иерархически организованные команды с лидерами. Эти лидеры формируют децентрализованные сетевые структуры в процессе дискуссий и дебатов, в которых принимают участие лидеры одной и той же или разных специализаций.

Специальные исследования показали, что сетевая организация научных коллективов оказывает существенное влияние на сам процесс научного творчества и на его результаты – научные разработки. Кратко охарактеризуем это влияние (Кировская, 2005; Олескин, 2012):

1) Философская «нагруженность», непосредственная связь конкретных научных разработок с общенаучными теориями и философскими идеями.

2) Теоретическая компетенция, выходящая далеко за пределы области экспери­ментальных исследований: в хираме каждый работает не только как специалист, но и как интеллектуал-генералист, как эрудит

3) Генерация нетривиальных идей, которые могут опережать мировой  уровень развития науки, что было продемонстрировано на примере спонтанно сложившейся в России сети микробиологов-энтузиастов (Кировская, 2005)

4) Сетевая синхронизация творческих ритмов ученых, несмотря на отсутствие иерархии и централизованного контроля за их деятельностью. Это, в частности, означает, что участники сети, казалось бы, независимо приходят к совпадающим идеям. Здесь объединяющий сетевую структуру идейный матрикс, кратко рассмотренный в начале работы, выступает как своего рода «незримый лидер», а вся сеть напоминает мистическую сущность (эгрегор), который не сводится к совокупности составляющих ее индивидов и наделён собственной надиндивидуальной волей; матрикс представляет собой своего рода «ментальный конденсат», порождаемый мыслями и эмоциями людей и обретающий самостоятельное бытие (Олескин, 2016. С. 143).

Эти особенности научного творчества в сетевом режиме позволяют надеяться, что существующие иерархические структуры научного сообщества обретут в ХХI веке важное сетевое подспорье. 

Хирамы в сфере образования: создание команд из учащихся в учебной аудитории. Со сферой научных исследований тесно связана сфера образования, просвещения. В ней открываются свои перспективы применения децентрализованных сетевых структур, в том числе построенных по сценарию хирам.

Сетевые структуры из студентов или учеников создаются педагогами в рамках задачи развития интерактивного образования (Кавтарадзе, 1998), что предполагает активную творческую работу учащихся: им не только читают лекции или дают контрольные работы, но и стимулируют собственное творчество. Подробнее об этом было рассказано в других работах (Олескин, 2012, 2016). Здесь ограничимся одним примером (из работы: Олескин, 2012). Один из авторов проводил по сетевому сценарию дискуссию «Генетическая инженерия: аргументы за и против» на факультете глобальных процессов МГУ в рамках учебных предметов «Принципы организации биосистем и их социальные приложения» и «Биополитика». Студенты создали сетевую команду с тремя частичными творческими лидерами, имевшими следующие задачи:

  • лидеры № 1 и № 2 собирали от всех членов команды доводы, соответственно, за и против прогресса генетических технологий и обобщали их;
  • лидер № 3 имел задачу балансировки аргументов за и против и создания непротиворечивого, целостного итогового документа.

Студенты могли ситуационно взаимодействовать с любым лидером, в зависимости от того, предлагали ли они в данный момент доводы «за», «против» или имели компромиссные установки. Аналогично — со своим набором частичных лидеров — создаются сетевые структуры и на занятиях по другим темам, проводимых в вузе или средней школе. Учителям здесь открывается широкий простор для вариаций. Варьировать можно как организационные принципы, так и содержательную «начинку» уроков — от экомониторинга до обсуждения вопросов биомедицинской этики.

Помимо студентов или школьников, в сетевые структуры – в том числе и типа хирам – могут объединяться сами педагоги. Таким путём они могли бы поддерживать рабочие контакты, обмениваться идеями и педагогическими разработками, в той или иной мере координировать свои усилия. Не было бы необходимости дублировать уже реализованные кем-то еще разработки.

Всё это требует создания сетевой организации учителей, преподавателей, других деятелей сферы образования, которая, кроме разработки реформаторских проектов и их внедрения вопреки сопротивлению консерваторов, могла бы посвятить себя охране интересов всех тех, кто занят нелёгким и нередко малооплачиваемым благородным трудом в педагогической области. За рубежом есть эффективные сетевые движения/организации в образовательной сфере. В Германии многое делает в плане реформы образования и охраны интересов школьных учителей Общество немецких естествоиспытателей и врачей (Gesellschaft Deutscher Naturforscher und Ärzte, GDNÄ); в нашей стране хотелось бы возложить аналогичные надежды на Московское общество испытателей природы (МОИП), имеющее отпрыски и в других городах и регионах России. Составной частью МОИП является Клуб «Биополитика» (см. http://biopolitika.ru), ставящий во главу угла образовательные и просветительские задачи по таким направлениям как охрана природы, здоровье нации, биотехнология и др., наряду с научно-исследовательскими проектами.

Важнейшая образовательная (просветительская) функция сетевых структур – их способность «информировать и обучать» (Давыдова и др., 2008) – ярко проявилась в развернутой в 2004 г. сетевым децентрализованным Всемирным фондом дикой природы (WWF) просветительской работе о необходимости ратификации Киотского протокола — всемирного соглашения о действиях по предотвращению изменения климата. Последующий  успех WWF  во взамодействии с политической системой закреплен тем фактом, что Государственная Дума РФ ратифицировала Протокол (https://new.wwf.ru/about /history/russia).

Хирамы в здравоохранении. Заслуживают внимания возможные применения сетей данного типа в системе здравоохранения. Для примера представим себе сетевую творческую лабораторию, занятую такой междисциплинарной и многоаспектной задачей как Лечение и реабилитация ВИЧ-инфицированных пациентов. В соответствии с принципами хирамы, сетевая структура могла бы включать в свой состав частичных лидеров (которые привлекают к участию соответствующих врачей и других специалистов, как входящих в состав сетевой структуры, так и временно приглашенных к сотрудничеству), например, по следующим субпроблемам:

  • · Вирусологические аспекты: исследование возбудителя и патогенеза ВИЧ-инфекции
  • · Реабилитологические аспекты: на базе коллективной идентичности сети укрепление у заболевших ВИЧ-инфекцией участников веры в смысл жизни, создание у них чувств принадлежности к сети и полезности для социума
  • · Духовные (в том числе религиозные) аспекты ВИЧ-инфекции

Как отмечено в работах Путнэма (Putnam, 2000) и других исследователей сетевых структур, сети накапливают в себе социальный капитал – нерыночную атмосферу доверия и лояльности, верности избранным целям и нормам поведения. Привлеченные в сеть под названием Лечение и реабилитация ВИЧ-инфицированных пациентов специалисты могут быть альтруистичными энтузиастами-бессеребренниками или же нанятыми за вознаграждение работниками. Однако даже в последнем случае одна из тенденций в развитии всякой сети, если она жизнеспособна длительное время, состоит в постепенной замене прагматических мотиваций на идейные, принципиальные. 

Хирамы и сходные с ними типы сетей в военном деле: квазипартизанские формирования. Военные специалисты разных стран мира осознают, что традиционная иерархическая модель организации армии (флота, полицейских формирований и др.) с большим трудом годится для условий современных «гибридных войн» с участием децентрализованных сетевых бандформирований в составе запрещённых в России Аль-Каиды, ИГИЛ и других террористических организаций.

Роль сетевых структур в военном деле признана Пентагоном, который еще в 1990-е годы принял доктрину сетецентрических войн (Network-Centered Warfare, NCW). Доктрина понимается как концепция мер по усилению боеспособности <подразделений армии США> путём объединения в сеть разведчиков, принимающих решения лиц и исполнителей (стрелков и др.), чтобы добиться их взаимной осведомлённости, ускорить передачу боевых приказов, повысить темп военных действий, увеличить смертоносную силу оружия, минимизировать собственные потери и синхронизировать  действия войск (Alberts et al., 2000. P.2). Достижению всех этих целей способствует предоставление значительной свободы воюющим подразделениям и частям и развязывание их инициативы, что предполагает децентрализацию всей системы их управления, резкое уплощение (flattening) армейской иерархии. Также и доступ к данным о противнике и своих войсках должен быть децентрализован, с тем чтобы непосредственные участники военных действий могли эффективно реагировать на них на поле боя, не ожидая распоряжений вышестоящих инстанций.

Хирама может потенциально служить эффективной моделью организации (квази)партизанских формирований (отметим, что решение о создании партизанских отрядов на случай войны принято на государственном уровне, например, в Белоруссии и Польше). Небольшие партизанские отряды, получившие то или иное боевое задание, часто не нуждаются в централизованном руководстве на этапе его выполнения. Иерархическое руководство сковывает инициативу партизан и весьма затруднено в случае рассредоточенных по большой территории групп партизан. При их сетевой организации возможны, например, частичные лидеры по 1) разведке; 2) фуражировке; 3) подрывному делу. Как и во всякой хираме, необходим ещё психологический лидер, который (напоминая комиссара времён Великой Отечественной войны  или военного священника в царской России) вдохновляет в едином порыве души всех партизан в сетевой группе. Помимо этого, существующий в хираме внешний лидер формирует отчёты о деятельности отряда для других партизанских формирований или взаимодействующих с ними регулярных войск. Добавим, что взаимодействие нескольких партизанских хирам для выполнения крупной боевой задачи могло бы осуществляться по сценариям объединения хирам в хирамиады – более крупные структуры второго и более высоких порядков. 

Политические приложения хирам: фабрики мысли при гражданском обществе и шапероны. Сетевые структуры вообще и хирамы в особенности могут играть несколько разных ролей в политической жизни страны и всего мира.

  1. Фабрики мысли (think tanks) – «независимые, не основанные на интересах каких-либо групп влияния, неприбыльные политические организации, которые осуществляют экспертизу и вырабатывают положения», влияющие на политику (Rich, 1999). Фабрики мысли могут объединять интеллектуалов-экспертов и выполнять следующие функции: образовательную (просветительскую), экспертно-аналитическую, креативную (например, поиск альтернативных решений политических проблем), коммуникативную, а также в известной мере внедренческую (Римский, Сунгуров, 2002). Сетевые структуры (организации, объединения, ассоциации и др.) могут посвящать себя различным политически значимым проблемам современности (защита прав человека, охрана конституционного правопорядка, защита окружающей среды, здравоохранение и  многие другие). Организация по принципу хирамы позволяет членам сетевой структуры рассматривать каждую комплексную, многоаспектную проблему/задачу без ненадлежащей спешки сразу с многих различных точек зрения. Реальный пример представляет работа Сретенского клуба им. С.П. Курдюмова (при центре социально-экономического прогнозирования им. Д.И. Менделеева) над многогранной проблематикой  – Образом России в XXII веке, что нашло отражение в создании коллективной монографии «Россия-2112». Важно отметить, что Сретенский клуб (сайт sretensky.club) сам частично организован по сценарию хирамы. Есть частичные творческие лидеры по следующим аспектам темы:
  • Россия 2100+: угрозы, возможности, пути, ценности, ориентиры
  • Цифровая экономика: особенности, влияние, управление
  • Инновации завтра: характер, сложности,перспективы
  • Теория сложных систем как основа междисциплинарного подхода: аксиоматика и применения

Специфика Сретенского клуба по отношению к хирамам вообще – в том, что по каждой подпроблеме предусмотрено сразу два частичных лидера, что дополнительно де-иерархизирует всю структуру. В то же время один и тот же член хирамы может быть в штате лидеров сразу двух направлений. Роль психологического лидера также «расщеплена» и имеет две ипостаси – «координатор» и «ведущий».

В наши дни потенциальное политическое значение хотя бы на уровне сплачивающей людей идеологии приобретают и сугубо академические или просветительские организации, например, упомянутое выше Московское общество испытателей природы (МОИП), которое работает во взаимодействии с Московским государственным университетам и ныне имеет ответвления в нескольких регионах России и разрабатывает онлайн-контакты с заинтересованной русскоязычной аудиторией за рубежом.  Основная цель МОИП – «изучение природы страны, содействие в развитии науки и образования, популяризация знаний, объединение ученых и любителей природы» (МОИП, Московское общество испытателей природы, 2016).

2. Сетевые структуры как базис гражданского общества. Нельзя не остановиться на независимой от «вертикали власти» системе сетевых структур, имеющих «организационную форму неправительственных, негосударственных объединений, союзов, ассоциаций, функционирующих по принципам самоорганизации, самоуправления и, как правило, самофинансирования» (Межуев, 2008. С. 6). Они возникают на добровольной основе и «охватывают церковные, культурные объединения, академии, дискуссионные инициативы» и многое другое (Habermas, 1990. Р. 46). Подобные структуры вполне могут иметь организационный облик хирам. По приципу хирамы может быть построена, например, сетевая структура, посвятившая себя задаче «Организованный терроризм и борьба с ним».  Задача дробится на несколько субпроблем, например, отмеченная задача борьбы с терроризмом может быть  подразделена следующим образом:

  • эволюционные аспекты терроризма (субпроблема связана с эволюционно-биологической предысторией человеческой агрессии);
  • военно-политические аспекты (организованный в международном масштабе терроризм как характерная стратегия войн нового века);
  • религиозные аспекты (роль религиозного фанатизма и нетерпимости и в то же время — возможность найти в вероучении, скажем, ислама, существенные точки опоры для борьбы с терроризмом).

Сетевые структуры могут включать в себя пулы экспертов, способных проводить анализ широкого спектра злободневных вопросов с выработкой стратегических решений и программ их реализации. Они, таким образом, могут составить костяк развитого гражданского общества, которое в демократическом мире постоянно взаимодействует с иерархическими властными структурами, помогая им в решении многообразных социальных и политических задач, в том числе гуманитарного характера (призрение бездомных, сирот и др., благотворительные фонды, гуманитарная помощь беженцам, пострадавшим от катастроф людям, регионам, странам). В то же время сетевое по преобладающей структуре гражданское общество способно и к эффективному противоборству с властными структурами, если они принимают социально неадекватные, антидемократические решения.

Обратимся к биологической аналогии. Организм многоклеточного животного имеет две контролирующих системы — быстродействующую нервную и более медленную гормональную (эндокринную). Гормональная система, в отличие от нервной системы, не отдает распоряжения к немедленному исполнению, а задает общую ориентацию организма, уровень его активности, готовность справиться с тем или иным стрессом. Политическая система функционирует подобно нервной системе животного организма, причём государственный аппарат уподобляется центральной нервной системе (мозгу), а местные органы власти — периферическим нервным узлам. Что касается аналога гормональной системы, то в большинстве стран Запада эту функцию несёт совокупность независимых от центральных органов власти социальных объединений, организаций, структур (развитое гражданское общество).

Аналогами гормонов в человеческом обществе служат социальные, политические и культурные идеи и ценности. Овладевая массами людей, они так или иначе ориентируют социум, обусловливая его готовность или, напротив, нежелание принимать те или иные директивы со стороны правительства. «Гормональная система» социума вырабатывает идеологию, понимаемую в самом широком смысле. Она даёт варианты ответов на волнующие людей «вечные вопросы» о смысле человеческой жизни, о государственном устройстве, о светлом будущем (есть ли оно? Как его себе представлять?), об исторической миссии всего человечества (зачем мы существуем на этой планете?) и каждой его части (нации, народности, группы, класса и др.), о принципах межчеловеческих отношений, об отношении к живому, природе в целом… — и на многие другие вопросы.

В подобной ситуации оптимальным для развития страны является создание гармоничного тандема на уровне целой нации между системой сетей гражданского общества и иерархическим корпусом политической системы государства.

3. Сети-шапероны. Иная роль хирам и других типов сетей в политической сфере  связана с их функционированием в качестве шаперонов. Речь идёт о сетях, которые стимулируют и мягко регулируют развитие и деятельность других сетевых структур. Термин «шаперон» (chaperone), предложенный впервые на конференции по молекулярной биологии в качестве научного термина в Копенгагене в 1987 г. и далее появившийся на страницах журнала Nature, ранее обозначал в английском языке «лицо, сопровождавшее молодую незамужнюю женщину во время социальных событий, дабы убедиться, что эта женщина ведет себя подобающим образом» (Webster’s Dictionary Online, https://www.merriam-webster.com). Аналоги таких шаперонов есть не только в живой природе, где они соответствуют молекулам, которые регулируют сборку, укладку и последующее стабильное функционирование других биомолекул. Сходным образом, в человеческом обществе успех сетевых структур  (в том числе и в виртуальном бизнесе) обеспечивается особыми шаперонными сетями. Шапероны могут разрабатывать желательные сценарии сетевого общества, способствуя их реализации всеми средствами от рекламирования достоинств конструктивных сетей до петиций «власть имущим», а также, стремясь улучшить качество возникающего сетевого общества в интересах всего человечества, добиваться гармоничного конструктивного взаимодействия разных сетей между собой и с несетевыми структурами (иерархиями, (квази)рынками). Мы более подробно рассматривали шапероны в других работах (например, Олескин, 2012, 2016; Олескин, Курдюмов, 2017).

4. Сетевые  структуры  в роли органов власти. Возможно ли применение сетей и, в частности, хирам в качестве эффективно действующих управляющих структур? Хирамы в силу своей оргаинзационной специфики представляют собой малые структуры (оценка оптимальной численности – от 10 до  20 человек, причём в это число включены все частичные лидеры).  Их масштабирование путём объединения нескольких структур в «хираму второго порядка» возможно (и об этом подробнее рассказывается ниже, разделе о хирамах в бизнесе), но оно имеет свои ограничения. С ростом численности членов сети типа хирамы резко усиливается тенденция к её превращению в иерархию.

Петр Кропоткин в свое время мечтал упразднить государство с  аппаратом насилия, заменяя его децентрализованными  кооперативными структурами. Что касается хирам, то они годятся для управления малыми административными единицами или политическими образованиями размером с Монако. Реальный аналог представляет созданная в Москве в 1990-е годы «Республика Сивцев Вражек» на базе одного кондоминиума.   В виртуальном мире цифровой экономики  (см. об этом отдельный раздел статьи) можно представить создание по образцу хирамы небольших по численности «братств цифровиков».

В современном политическом мире существуют сетевые структуры, ориентированные на длительную самоизоляцию, существование в «пустотах» сегодняшнего общества, где эти структуры пытаются жить в соответствии со своими идеалами. Речь идёт, например, о так называемой diY (do-it-yourself)-стратегии (Poldervaart, 2009), исповедуемой некоторыми молодёжными движениями, скажем, занимающими пустующие здания «сквоттерами». Характерными примерами служат также не признающие иерархии артели «свободных художников», ремесло которых располагает к уединению и отрыву от бурного и во многом иерархического социума.

Как уже отмечалось, помимо хирамы, существуют  и иные варианты (парадигмы) сетевой организации, и некоторые из них стремятся «оседлать» тенденцию к иерархизации структуры по мере ее масштабирования путём включения иерархических элементов в сетевую структуру. Таковы например подходящие для масштабирования сетевые структуры эусоциального типа, напоминающие социумы муравьёв и других общественных насекомых, которые, как уже было отмечено, работают по принципу: сети составляются из малых иерархических команд.  На уровне целого государства такие «муравьиные» структуры соответствуют консоциальной модели, когда политическая система состоит из нескольких иерархически организованных группировок. Лидеры всех группировок устанавливают между собой горизонтальные (сетевые) отношения, что позволяет им принимать политические решения на основе переговоров и компромиссов. Консоциальная модель была характерна для Голландии середины прошлого века, когда голландское общество было поделено не менее чем на четыре блока, которые соответственно объединяли кальвинистов, католиков, либералов и социалистов  (Lijphart, 1968, 1977). 

Хирамы в бизнесе (на примере малого предприятия). Формирование бизнес-кластеров путём объединения сетевых структур. Сценарий хирамы без принципиальных модификаций может быть применён на малых предприятиях, в том числе изготовляющих высокотехнологичную продукцию (био- и нанотехнологии, фармацевтика, IT и др.). Для примера рассмотрим воображаемое сетевое предприятие, посвящающее себя потенциально прибыльному делу –  продвижению на рынок виртуальной продукции в рамках задачи создания цифровой экономики (к этой теме вернемся в следующем разделе). В соответствии с принципами хирамы, такое малое сетевое предприятие (скажем, около 10 человек в его составе) могло бы включать в свой состав частичных творческих лидеров  по 1) соцмедиа (social media); 2) цифровым рынкам (digital markets); 3) оптимизации сайтов для поисковых систем (SEO) с применением Google Analytics.

Все участники хирамы  взаимодействуют со всеми лидерами сразу. Без такой поддержки, скажем, лидер по цифровым рынкам не сможет организовать работу на этих рынках. В штат хирамы добавляют налаживающего деловую атмосферу и решающего конфликты психологического лидера, а также ведающего контактами с другими структурами и организациями лидера по внешним связям.