АНО «Центр междисциплинарных исследований» (ЦМИ)
Russian
| English
"Куда идет мир? Каково будущее науки? Как "объять необъятное", получая образование - высшее, среднее, начальное? Как преодолеть "пропасть двух культур" - естественнонаучной и гуманитарной? Как создать и вырастить научную школу? Какова структура нашего познания? Как управлять риском? Можно ли с единой точки зрения взглянуть на проблемы математики и экономики, физики и психологии, компьютерных наук и географии, техники и философии?"

«ЧТОБЫ В РОССИИ ЗАРАБОТАЛА ДЕМОКРАТИЯ, НАДО НАУЧИТЬСЯ УПРАВЛЯТЬ СЛОЖНОСТЬЮ» 
В.Е. Лепский

Сложность делает возможным
становление «порядка из хаоса».
Илья Пригожин

 Совершенствования механизмов демократии в России: исходные посылки

Бурные изменения современного мира бросили вызов сложившимся в XX веке представлениям о механизмах демократии. Эти изменения в первую очередь связаны с процессами формирования постиндустриального общества, с процессами глобализации, с уменьшением роли государства и усилением влияния скрытых субъектов социального управления. Указанные изменения в XXI веке становятся фундаментальными, поэтому и способность систем к изменениям должна быть все более глубинной и масштабной. Очевидна постоянно возникающая необходимость выхода за рамки нормативного подхода. Фактически нормой становится выход за пределы нормы. Отсюда актуальность проблемы динамичной самоорганизации социальных систем – формирования адекватных форм и типов виртуальной субъектности. Современная система демократии, модели которой сложились в значительной степени в Англии и США, явно не соответствует реалиям динамично усложняющегося мира.

В России с середины 1980-х годов возрастает актуальность поиска новых механизмов демократии в связи с социальными и экономическими изменениями, которые повлекли за собой крайне важные социально-психологические последствия. Для большей части населения все происходящее стало бессмысленным и непонятным. Деидеологизация, распад социальных отношений привели к атомизации общества, к разрыву социальных связей между обществом и личностью. Как следствие – массовая потеря человеком позиции субъекта жизни.

Осознание индивидом себя как субъекта или объекта сопряжено и с интерпретацией общества в категориях субъекта и объекта. Большая часть населения стала воспринимать себя как объект по отношению к обществу и государству, которые в свою очередь оказались подвержены болезни бессубъектности.

В условиях, когда значительная часть населения оказалась в пассивной позиции по отношению к своей роли – быть носителем суверенитета и источником власти, – создаются благоприятные возможности для осуществления различного рода манипуляций по управлению свободным волеизъявлением народа. Правовые и властные запреты на действия подобного рода полезны, но весьма ограничены в своих возможностях и сами по себе не решат проблему существенного оздоровления общества. Стратегия оздоровления общества связана прежде всего со стимулированием и мобилизацией общественных и государственно-общественных механизмов саморегуляции и саморазвития в условиях активной поддержки этих механизмов со стороны государства.

При анализе сложившейся ситуации становится все более очевидным, что иерархические модели систем управления, которым на значительные промежутки времени делегированы властные полномочия граждан, неспособны справиться с постоянно нарастающей сложностью социальных и экономических процессов. Кроме того сложившиеся процедуры делегирования властных полномочий явно не удовлетворяют большинство населения.

Для России поиск новых механизмов демократии, адекватных мировым реалиям XXI века, особенно актуален:

– страна ищет свой путь развития, находясь на перепутье между неудачной реализацией социалистического проекта и неудачной попыткой реализовать капиталистический проект;

– в ее истории накоплен богатый опыт и авторитарных, и коллективных механизмов управления;

– ее шанс сохранить суверенитет и встать на путь развития достаточно тесно связан с необходимостью стать мировым лидером не столько в экономической сфере, сколько в поиске и реализации новых форм жизнедеятельности на планете, которые бы способствовали гармонизации мирового сообщества и предотвращению его гибели;

– представления о ее образе у мирового сообщества, несмотря на сегодняшнее состояние страны, скорее позитивно, для того чтобы претендовать на роль мировоззренческого лидера планеты.

В последние годы в России идет активный процесс поиска и практической реализации новых механизмов демократии, ориентированных на гибкое сочетание иерархических и сетевых форм управления:

– совершенствование выборных механизмов на основе использования современных информационно-коммуникативных технологий;

– создание новых механизмов общественного контроля (Общественная палата);

– использование креативного потенциала общества (Агентство стратегических инициатив);

– организация оперативного сбора мнений граждан о законопроектах и повышение степени открытости правительства (электронная демократия и электронное правительство);

– организация интерфейса между государством и обществом (открытое правительство).

В теоретическом плане также обсуждаются перспективные направления совершенствования механизмов демократии:

– обеспечение проектной идентификации общества как основы легитимности власти;

– организация распределенного стратегического аудита;

– совершенствование систем национальной безопасности и т.п.

Эти инициативы способствуют оптимизации механизмов демократии, однако успехи от них весьма скромные. Продолжает процветать коррупция, не заметен переход страны на инновационный путь развития, в проекте бюджета планируется сокращение расходов на социальную сферу, опережающими темпами растут тарифы на ЖКХ, энергоресурсы, транспорт и пр.

Одна из принципиальных причин возникающих затруднений на путях совершенствования механизмов демократии связана, на наш взгляд, с недооценкой современных представлений об организации саморазвивающихся социальных сред. Эти представления складываются в контексте развития взглядов на научную рациональность (классическую, неклассическую, постнеклассическую), и в значительной степени они сопряжены с проблемами управления сложностью.

Вопросы управления сложностью в последние десятилетия приобретает все большую актуальность, о чем свидетельствует организация в ряде стран новых исследовательских центров, которые оказались востребованными для решения крупномасштабных задач в сфере экономики и политики. В частности, одним из этих центров (Институт Санта-Фе) были разработаны концепция «управляемого хаоса» и технологии ее реализации, которые оказали существенное влияние на ряд стран мирового сообщества. С этой проблематикой также связана концепция «мягкой силы» как современного инструмента политического управления. Приведенные факты позволяют сделать вывод, что найдены новые парадигмы управления сложностью, которые подтвердили свою адекватность для больших социальных систем. В XXI веке государства, не владеющие современными технологиями управления сложностью, обречены стать объектами управления в интересах различных субъектов мирового сообщества.

Постановка проблемы совершенствования механизмов демократии требует учета складывающихся новых представлений об управлении сложностью. Необходимы и новые парадигмы механизмов саморегулирования сложностью для больших социальных систем, а также для защиты от внешних воздействий на такого рода механизмы.

В исследованиях, ориентированных на совершенствование механизмов демократии, выделяются разнообразные типы сложности – социальная, эпистемологическая, когнитивная и др. В настоящей работе мы ограничимся рассмотрением проблем сложности, связанных с представлением демократии как процесса управления. Такое представление позволяет выделить три базовых принципа регулирования сложностью.

Принцип соразмерности сложности управляющей и управляемой систем. Сложность системы управления должна увеличиваться при увеличение сложности управляемой системы.

Принцип ограниченного использования иерархического управления предполагает наличие действенного механизма выхода из режима иерархического управления для использования потенциала сетевых механизмов с включением в них управляемой системы и окружающей среды. Должен стать нормой механизм повышения сложности системы управления.

Принцип оперативного возврата к иерархическому управлению в ситуациях,  требующих быстрого реагирования управляющей системы в чрезвычайных ситуациях. Должна быть предусмотрена возможность оперативного снижения сложности системы управления.

Сосредоточимся на выявлении актуальных направлений совершенствования механизмов демократии в контексте проблематики управления сложностью и соотнесении их с предпринимаемыми попытками совершенствования демократии в России.

Основные препятствия на пути совершенствования механизмов демократии в контексте управления сложностью

Проблематизация ситуации, сложившейся в контексте развития механизмов демократии, предполагает выделение препятствий (точек разрыва). Указанные препятствия надлежит анализировать в историческом, культурном и научном контекстах и выработать направления по их преодолению.

В рассматриваемом нами контексте управления сложностью выделим следующие группы вызовов и препятствий на пути развития современной демократии:

– нарастающая сложность объектов государственного и общественного управления;

– высокая сложность в организации избирательных кампаний и взаимодействии граждан с носителями их властных полномочий;

– низкая сложность организации государственного и местного управления;

– низкая сложность организации общества;

– низкая сложность совместной организованности государства, административных органов и общества;

– низкая сложность совместной организованности различных типов субъектов мирового сообщества.

Проанализируем возможности управления сложностью в рамках каждого из выделенных аспектов. За рамки рассмотрения выведен анализ деятельности политических партий и их роли в совершенствовании механизмов демократии. Аргументом для этого послужило принятие жесткой точки зрения Никласа Лумана на современные политические партии как на самодостаточные структуры, обслуживающие интересы привилегированных и всемогущих элит и часто вступающие в сговор друг с другом.

Нарастающая сложность объектов государственного и общественного управления

Тенденции нарастания сложности объектов государственного и общественного управления определяются в основном следующими факторами:

– возрастающей динамикой социальных, политических и экономических процессов, в значительной степени связанной с развитием информационно-коммуникативных технологий;

– возрастающей степенью открытости общества за счет развития Интернета и социальных сетей;

– кризисом традиционных механизмов демократии и проблемами легитимности власти;

– разрушением традиционных механизмов идентификации общества, актуальностью формирования и использования механизмов проектной идентификации;

– бурным развитием и широким использованием – наряду с военной и экономической – «мягкой силы», ориентированной на несанкционированное вмешательство во внутренние дела государств;

– кризисом экономической детерминации развития;

– резко возрастающей тенденцией преобладания проектного подхода над эволюционным;

– нарастанием угроз от новых технологических укладов (потенциальными возможностями создания новых видов оружия массового уничтожения);

– повышением уровня образования населения, необходимостью повышения динамичности в организации социальных лифтов для молодежи.

Тенденции возрастания сложности объектов управления требуют адекватного возрастания сложности субъектов управления. Решить эту проблему без поиска новых форм совместной деятельности государства и общества не удастся, а соответственно необходим поиск новых механизмов демократии как важнейшего инструмента повышения сложности субъектов управления. Для обеспечения функционирования этих механизмов требуется разработка новых социогуманитарных технологий управления сложностью разнообразных процессов, необходимых для работы с социальными активными объектами управления (моделирование, прогнозирование, рефлексивный анализ и др.). Для комплексного решения такого рода задач нами предлагается методология создания рефлексивно-активных сред развития.

Высокая сложность в организации избирательных кампаний и взаимодействии граждан с носителями их властных полномочий

К этой группе вызовов и препятствий на пути развития демократии можно отнести:

– огромные транзакционные издержки выборов, из-за чего они проводятся один раз в несколько лет;

– низкий уровень контроля несанкционированных действий в ходе избирательных кампаниях;

– недостаточно оперативные связи граждан с носителями их полномочий и слабые возможности контроля за их деятельностью и влияния на нее.

Эти проблемы связаны с повышением сложности технического и организационного обеспечения демократических процедур. В последние годы достигнуты значительные успехи за счет возможностей электронного голосования, установки видеоконтроля на избирательных участках, создания сайтов электронного правительства, проведения телеконференций с руководителями и др. Кроме того в ближайшие годы возможно создание условий для голосования через Интернет с использованием электронных идентификаторов. Управление данной группой сложности не связано с решением принципиально новых проблем.

Низкая сложность организации государственного и местного управления

С начала перестройки во властной элите не было социально ответственных субъектов, ориентированных на российское развитие. Организаторы и продолжатели перестройки методом проб и ошибок привели страну к чиновничьему беспределу и мировому лидерству по показателям коррумпированности, а не к демократии. В итоге мы получили культ денег, обогащения и наживы, который, похоже, будет самым тяжелым испытанием для России, поскольку он подрывает субъектность ее развития. Как следствие мы получили также низкую сложность организации государственного и местного управления.

К этой группе вызовов демократии и препятствий на пути ее развития можно отнести действия властной элиты, расходящиеся с представлениями граждан о том, как надлежит обеспечивать развитие:

– разработка стратегических документов, в которых доминирует либеральная идеология, не поддерживаемая большей частью населения;

– составление крупномасштабных проектов, приоритетность которых непонятна населению, а объемы финансирования значительно превышают зарубежные аналоги;

– неконтролируемый вывоз капиталов за рубеж вместо стимулирования их инвестирования в развитие страны;

– создание условий для высочайшего уровня коррупции во всех ветвях властной элиты и вялые действия по борьбе с ней;

– бездействие в ликвидации запредельного разрыва между 10 процентами самых богатых и 10 процентами самых бедных слоев населения;

– бездействие в организации регулирования цен на жизненно важные товары и услуги (ЖКХ, транспорт, образование, здравоохранение и др.);

– продолжающийся развал системы обеспечения национальной безопасности страны;

– продолжающийся развал науки, образования, здравоохранения и т.д.

Перечисленные препятствия в наибольшей степени проявляются на федеральном уровне. На региональном и местном уровнях картина имеет мозаичный характер, существуют регионы и города, в которых отдельные препятствия относительно успешно преодолеваются.

Осознание указанных препятствий на пути развития способствует утрате веры граждан в реальные возможности повлиять на властную элиту через механизмы демократической системы выборов.

Сложность организации властной элиты весьма низкая. В кибернетической трактовке это гомеостат, функционирование которого базируется на положительных и отрицательных обратных связях. Гомеостату не нужна рефлексия, не нужно видение будущего и стратегическое проектирование, что достаточно четко фиксируется аналитиками при анализе российских реалий. Главная проблема в том, что эта организованность направлена прежде всего на обеспечение своих корпоративных интересов, а не интересов общества, тех граждан, которые им делегировали свои властные полномочия.

В сложившихся условиях весьма проблематично эффективное управление повышением сложности государственного механизма – сложности, адекватной развитию. Об этом свидетельствует устойчивый характер сохраняемых препятствий развития. Необходима организация внешнего управления со стороны общества и совместных административно-общественных организационных структур. В последние годы предприняты разнообразные шаги на пути совершенствования общественных структур управления (Общественные палаты, «электронная демократия», Открытое правительство, Агентство стратегических инициатив и др.). Однако эти нововведения не позволят принципиальным образом повлиять на преодоление указанных препятствий

Низкая сложность организации общества

К этой группе вызовов и препятствий для развитии демократии относятся:

– манипулирование свободным волеизъявлением граждан за счет использования грязных политических технологий;

– во многих случаях недостаточную компетентность граждан адекватно оценивать профессиональные и личностные качества избираемых ими кандидатов в различные органы власти;

– некомпетентность граждан в большинстве вопросов, находящихся в ведении правительства, парламента и судебной системы, в том числе наиболее важных – таких как война и мир;

– исторически сложившиеся предпочтения граждан к авторитарным методам управления и патернализму.

Эти препятствия свидетельствуют о крайне низкой сложности организованности общества как субъекта, способного делегировать свои властные полномочия административным структурам, контролировать их и участвовать в решении важнейших проблем стратегического управления, развития и обеспечения безопасности. Российское общество не готово к самоуправлению и развитию. В такой ситуации естественно, что властная элита будет бесконтрольна и, как следствие, станет функционировать в первую очередь в своих собственных интересах. Такое общество достойно той властной элиты, которую мы имеем.

Для повышения сложности организованности общества, преодоления бессубъектности развития необходим комплекс мероприятий, среди которых в первую очередь следует выделить:

– окончательный отказ от либеральной идеологии, стимулирование формирования идеологии коллективного развития;

– преодоление негативных последствий атомизации общества (реабилитация российского общества);

– смену негативных индивидуалистических концепций в образовании, ориентированных на оказание образовательных услуг, на концепции образования в интересах становления общества развития;

– стимулирование процессов повышения организованности общества через создание многоуровневых взаимосвязанных сетевых структур развития (лабораторий качества жизни на местах, сети из различных форм общественных объединений и предпринимательских структур, сообщества лидеров развития, советов стратегических лидеров), фрактальных образований на федеральном, региональном и местном уровнях.

Предлагаемый комплекс мероприятий будет способствовать резкому повышению сложности общества как субъекта развития, что позволит принципиально совершенствовать механизмы демократии в части компетентного делегирования властных полномочий, организации контроля над властной элитой и формирования адекватных представлений о стратегических направлениях развития.

Попытки государства создать новые механизмы работы с обществом далеко не в полной мере отвечают предлагаемому здесь комплексу мероприятий по повышению сложности в организованности общества как субъекта развития.

Открытое правительство. Сформулированные в основополагающем документе, объясняющем эту институцию, базовые ценности не ориентированы на преодоление последствий либеральной идеологии и атомизации общества, на объединение граждан в интересах общего развития. Вот эти ценности: уважение к правам человека, семья и дети, свобода, справедливость, честность, ответственность, самореализация на основе честного труда, интеллект. В данном документе также не детализированы механизмы и модели сборки субъектов российского развития, развития системы образования и науки, актуализации культурного потенциала российского развития.

Электронная демократия. Безусловно, это важный шаг в развитии связей между гражданами и органами власти. Однако в контексте предложенного комплекса мероприятий по повышению сложности общества как субъекта развития предлагаемый подход ограничен ведущей ориентацией на работу с отдельными гражданами, а не с высокоструктурированным обществом и тем более не ориентирован на стимулирование и обеспечение структурирования общества.

Агентство стратегических инициатив. Цели и задачи агентства четко сформулированы, ориентированы на поддержку инновационных проектов, что особенно важно в социальной сфере. Насколько деятельность агентства будет способствовать повышению сложности в организованности общества как субъекта развития, покажет время. Это зависит от масштабов проектов, их системной связности и ориентации на становление общества развития.

Низкая сложность совместной организованности государства, административных органов и общества

В этой группе вызовов развитию демократии и препятствий ей находятся:

– крайне ограниченные возможности для граждан оказывать прямое воздействие на деятельность властной элиты;

– недоверие в треугольнике «государство–бизнес–общество», низкое качество государственно-частного партнерства, что является тормозом на пути инновационного развития страны;

– инверсия отношений между контролирующим (общество) и контролируемым (государство), чему способствовало превращение СМИ в субъект рыночной экономики;

– высочайший уровень коррупции, которая блокирует создание административно-общественных механизмов стратегического управления и развития;

– крайне низкий уровень профессиональных компетенций властной элиты;

– отрыв властной элиты от общества (несправедливое присвоение национальных ресурсов, вывоз капиталов, обучение детей за границей, негативное отношение к отечественной истории и культуре);

– низкий уровень социальной политики и дальнейшие негативные тенденции, что просматривается из анализа проекта бюджета страны на следующий год;

– нарастание социальной напряженности.

Со стороны государства в последние годы предпринимаются активные попытки в движении навстречу обществу, но успехи от этих шагов весьма скромные.

Концептуальные основы создания Открытого правительства не ориентированы на создание действенных совместных государственно-общественных механизмов стратегического управления и развития. Открытое правительство позиционирует себя как интерфейс между государством и обществом, что с методологической точки зрения выглядит недостаточно корректно.

Как уже отмечалось выше, программы электронной демократии и электронного правительства в основном ориентированы на организацию взаимодействия с отдельными гражданами, а не на стимулирование и поддержку совместной работы с высокоорганизованным обществом. В связи с этим уместно вспомнить, что демократия может пониматься и как баланс элит – баланс, трудно устанавливаемый и трудно сохраняемый, а не раз и навсегда утвержденный, обреченный существовать в той или иной стране до скончания веков.

Нами десять лет назад была выдвинута идея создания второго контура стратегического управления и развития страны, гармонично сочетающего иерархический и сетевой принципы. Контура государственно-общественного под непосредственным руководством президента РФ. Контура с полномочиями выше ведомственных структур исполнительной власти. Эта идея была одобрена некоторыми политическими тяжеловесами, доложена в администрации президента РФ, Совете безопасности РФ и некоторых других ведомствах. Но заинтересованность в развитии в те годы явно отсутствовала. Идея не устарела и сегодня. Более того, представляется, что это практически единственный путь перейти к развитию без революционных катаклизмов, исключительно путем реформирования механизмов управления и развития. Фактически речь может идти о цивилизованной, контролируемой обществом «диктатуре развития», органично включающей в себя новые механизмы демократии – механизмы, адекватные реалиям XXI века.

За прошедшие десять лет на основе субъектно-ориентированного подхода нами намечены направления совершенствования социогуманитарных технологий, которые могли бы лечь в основу организации второго контура стратегического управления и развития страны. Среди них:

-     разработка современных субъектно-ориентированных социогуманитарных технологий стратегического проектирования и стратегического аудита;

-     создание методологии и механизмов сборки субъектов развития;

-     проектирование моделей активных сред инновационного развития, ориентированных на множественные распределенные источники инноваций, нелинейную модель инноваций;

-     выстраивание методологии и технологий переориентации национальной безопасности с доминирующей «окопной» логики защиты от угроз на логику обеспечения способности субъектов к развитию в динамично изменяющемся окружающем мире;

-     разработка методологии и механизмов организации пространства знаний инновационного развития и навигации в нем;

-     институционализация разработки и внедрения социогуманитарных технологий стратегического проектирования.

В настоящее время все более отчетливо становятся заметными позитивные процессы консолидации усилий административных образований и общества на региональном и местном уровнях. Это дает основание для вывода о наличии тенденции повышения данного вида сложности и потенциала совершенствования механизмов демократии в России.

На государственном уровне остается слабая надежда на Агентство стратегических инициатив, которое могло бы инициировать актуальные процессы развития на основе совместного участия государства и общества в стратегическом управлении страной и ее развитии.

Низкая сложность совместной организованности различных типов субъектов мирового сообщества

Здесь следует перечислить:

-     многочисленные неудачные попытки навязывания демократии странам с доминирующими типами авторитарных режимов, последствиями которых являлись массовая гибель людей, гражданские войны, нарастание международной напряженности и терроризма;

-     намерения лидеров мирового сообщества навязать ошибочное мнение, что традиционная демократия гарантирует экономическое развитие (о необоснованности этой позиции наглядно свидетельствует не только отечественный опыт, но и опыт ряда других стран);

-     нарастающую активность мировых лидеров демократии в деле нарушения сложившихся в мировом сообществе демократических механизмов регулирования международных отношений;

-     противоречащие установлению партнерских и дружеских отношений между членами мирового сообщества технологии навязывания демократии как комбинации применения «мягкой» и «жесткой» сил – технологии, направленные на несанкционированное вмешательство во внутренние дела независимых суверенных государств;

-     тенденцию усиления негативности складывающихся у представителей многих народов мира образов лидеров распространения «демократии»;

-     низкую сложность совместной и направленной на решение глобальных проблем мирового сообщества организованности официальных государственных представителей с представителями негосударственных организаций.

Эти препятствия не следует рассматривать как призыв к отказу от демократии, они могут служить основанием для поиска новых современных механизмов демократии – механизмов, адекватных сложившейся в мире ситуации и основным экономическим и политическим трендам. Следовательно, если говорить о будущем демократии, необходимо предложить способы преодоления препятствий на пути ее развития.

В эпоху глобализации философия социальных систем должна быть ориентирована на ценности и смыслы, включенные в широкий социальный контекст, предопределяющие деятельность социальных систем с целью установления гармонизации мирового сообщества. Это должно проявляться в решительном отказе от культа самости и исключительной заботы о себе. А также в ведущей ориентации на обращение к миру, к «чужому», к другому и тем самым – к самому себе, в ведущей ориентации на философию ненасилия. В обобщенном виде это должно проявляться в формировании культуры стратегических субъектов. Именно данным соображениям надлежит быть положенными в основу организации жизнедеятельности социальных систем XXI века и соответственно организации механизмов демократии.

Обобщенная оценка демократии в России и первоочередные задачи ее совершенствования в контексте управления сложностью

В контексте управления сложностью в совершенствовании механизмов демократии просматриваются две базовые тенденции.

Во-первых, увеличение роли прямой демократии по отношению к представительской демократии.

Во-вторых, увеличение роли общинной (общенародной) демократии, базирующейся на подчинении личности коллективу, меньшинства большинству, по отношению к либеральной демократии, основанной на приоритете личности, личных прав и свобод над интересами совокупного народа и государства.

Демократия в России может быть названа демократией атомизированного общества. Такого рода демократия неадекватна вызовам XXI века и на протяжении более чем двух десятков лет не позволяет стране встать на путь развития.

Главная болезнь России – это бессубъектность развития. Преодоление этой болезни возможно только при условии консолидации государства и общества для перевода страны в режим развития. В стране отсутствует институт заказчиков развития, который в российских реалиях масштабной коррупции можно создать только на основе административно-общественных структур – не для советов и консультаций, а для реального управления развитием.

Стратегическим направлением совершенствования механизмов демократии в России могла бы стать предлагаемая нами идея о цивилизованной, контролируемой и поддерживаемой обществом «диктатуре развития», органично включающей в себя новые механизмы демократии, адекватные реалиям XXI века, позволяющие динамично сочетать иерархические и сетевые механизмы управления и развития, успешно справляться с нарастающей сложностью социальных процессов. Первоочередными задачами для апробации этой идеи на практике и создания базовых моделей и технологий актуальна организация пилотных проектов на разных уровнях государственного, регионального и местного управления.

Лепский В.Е. Чтобы в России заработала демократия, надо научиться управлять сложностью // Развитие и экономика, 2013, март №5. С.42-51.